Кавказ давно уже не часть России
Руслан Кутаев: «Нам не дают почувствовать, что это наше государство!»
РОССИЯ. Руслан Махамдиевич Кутаев – сопредседатель ликвидированного решением Нижегородского областного суда от 13 октября 2006 года Общества Российско-Чеченской дружбы (ОРЧД), член Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека в России, член Комитета действия Всероссийского Гражданского Конгресса, глава Международного комитета по проблемам Северного Кавказа.
В последний свой приезд в Дагестан он прибыл для участия в заседании Совета при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека. Прошло это мероприятие 1 июня, в День защиты детей, и прибыли для участия в Совете многие правозащитники и общественные деятели, в том числе Уполномоченный по правам человека Владимир Лукин, председатель комиссии Общественной палаты России по межнациональным отношениям и свободе совести Николай Сванидзе, председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева.
- Руслан Махамдиевич, как вы сами оцениваете конференцию?
– Я увидел совершенно четкий посыл - до президента России будет доведена мысль, что президент Дагестана не принимает жесткие меры по уничтожению носителей исламско- салафитской идеологии, а пытается договориться. Это совершенно четкое противопоставление тому, что делает Кадыров в Чеченской Республике, где речь идет только об уничтожении. И с этой точки зрения Магомедов является новатором в политике современной войны на Кавказе.
- А это война?
- Да, я говорю «гражданская война», кто называет «контртерористической операцией», кто как.
Проведение Съезда народов Дагестана, участие в Президентском Совете - это, как я вижу, попытки переломить ситуацию. И если Президентский совет, Общественная палата России и Уполномоченный по правам человека Российской Федерации приехали и от имени президента России проводят это мероприятие, то это свидетельствует о том, что на федеральном уровне хотят решить этот вопрос и каким-то образом успокоить зарвавшихся руководителей специальных служб и силовых министерств.
– Вы знаете, не так давно мне довелось беседовать с Абдуллой Истамоловым – руководителем СК-Стратегия, так вот, Абдулла считает, что Россия, спровоцировав изначально религиозный конфликт, сейчас просто не знает, как с ним совладать, потому что потеряны рычаги воздействия…
- Когда говорят, что российские спецслужбы провели работу именно по развертыванию идеологической доктрины и потом она вышла из-под их контроля, это совершенное вранье, которое не соответствует действительности. Впрочем, как и то, что к нам приезжают арабы, дают деньги наемникам, и они воюют. Это сказки, рассчитанные на обывателя. Если говорить о Чеченской Республике, то здесь все было элементарно. Возьмем хотя бы название - Чечня, это унизительно, оскорбительно, прозвище, что дала нам Россия. У чеченцев была идея, цель, с которой они жили. С идеей национального освобождения они вступили в первую чеченскую войну, и уже потом она стала качественно перерастать именно в идеологию исламскую. И эта тенденция сохраняется и в Ингушетии, и в Дагестане, национальная идея и идеология перерастают в религиозную идеологию, что качественно на ступеньку выше. Что интересно, в Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии и Адыгее первостепенной была исламская доктрина, и через исламскую идеологию возникло национальное осмысление. И то, что сейчас поднята тема геноцида этих народов, – это тоже часть их национальной идеологии.
- Ислам придал силы, дал идеи, импульс…
- Да, и именно по исламскому импульсу они начали ощущать себя вне России. Но когда говорят о роли российских спецслужб, все это басни для того, чтобы понизить роль самосознания народов северокавказского региона. Сама идея национально-освободительного движения на Кавказе, сама идея ислама, именно салафитского направления, - это осознанный выбор, вне всякого влияния Масада, ЦРУ, ФСБ и ГРУ. Это осознанная позиция части мусульман. Национально-освободительная борьба ингушей, чеченцев и дагестанцев качественно выросла, она стала выше, когда переросла именно в религиозную борьбу.
- Но при этом Кадыров, напротив, укрепляет политику национального самосознания, он нивелирует значение исламского духа и увеличивает значение национальности. Тем самым он обособляет Чечню от других северокавказских республик.
– Абсолютно верно. Он говорит: носите платки, посещайте мечети, позиционируя себя. И все-таки он проводит исламскую идеологию. Потому что иначе молодежь пойдет за Доку Умаровым.
– А Доку Умаров имеет огромное влияние на молодежь?
– Без всякого сомнения. И если возникнут сопутствующие условия, за ним пойдут сотни тысяч, потому что власть достала всех – и в Дагестане, и в Ингушетии, и в Чеченской Республике. По Северному Кавказу 40 процентов абсолютно точно определились, что они хотят идти за единобожием. Они хотят жить по закону шариата. Это огромнейший процент, это критическая масса. Идеальность ситуации заключается в следующем. Доку Умарову для создания эмирата ничего не надо делать, на них сегодня работает власть, коррумпированная и преступная.
- Когда вы говорите об исламе, вы говорите не о суфизме?
– И в Дагестане, и в Чечне, и в Ингушетии идей фундаментализма придерживается именно лучшая прогрессивная часть, если это студенты, то это лучшая часть студенчества, дети профессоров, дети исключительно обеспеченных родителей.
– Если бы не было Доку Умарова, появился бы кто-нибудь другой?
– Без всякого сомнения, и это худший вариант для России. Доку Умаров жил и учился в России, он знает культуру этого народа, он воспитан на уважении. Но те, кто родились в 90-е годы, росли в ненависти ко всему русскому и приемлют только нормы ислама в его крайне радикальных шариатских формах. И вот с этими людьми абсолютно невозможно договариваться.
- Они выросли на войне, по сути, это дети потерянного поколения…
- Да. Они растут в трагедии. Они видят несправедливость, сталкиваются с коррупцией и при этом власть – символ зла, для них она ассоциируется с Кремлем. Посыл идет туда, потому что позыв идет оттуда. Они же себя не утруждают аналитическими размышлениями, кто виноват, а кто нет. Враг определен. Трагедия заключается в том, что, если они даже ничего не будут делать, в силу коррумпированности власти, которая противопоставила себя тем, что предлагают невероятно чистый, невероятно привлекательный шариат, где все равны перед законом от президента и до последнего рабочего, где все равны перед Аллахом. Это все чисто и привлекательно, потому что это все идет от Бога. Это все и влечет молодежь, и они идут к этому.
– Какой выход из данной ситуации?
– Мы как раз пришли к тому, что делать? Если в правительстве России не сменят акцент в отношении северокавказского региона, власть войдет в такую фазу, когда вы не сможете управлять этим процессом.
- То есть один из выходов в том, чтобы сменить ныне существующее руководство ДУМД, отменить закон о ваххабизме, прекратив стравливать суфиев и ваххабитов? Но это невозможно, вы забываете, сколько денег вращается в религиозной сфере…
– Я настолько это четко осознаю, вы даже не представляете. Это и хадж, и строительство мечетей, и их джипы, и их сопровождение, охрана, их дома - все это стоит денег и денег не маленьких. В принципе, никто этого не скрывает, об этом официально говорится. Духовенство – это одна из элит, но она искусственно созданная.
– Но ведь у этой элиты уже есть приверженцы, которые за нее встанут…
– Вот это заблуждение. Когда министра снимают с работы, вы знаете, кто первым идет его грабить? Его охрана. Здесь тоже. Они не объединены идеей, идеологией, они объединены материальными ресурсами. В лесу жизни свои отдают ради идеи, а не ради наживы. Я образно говорю. Но в целом эта модель совершенно четкая. Сегодня власть потерпела сокрушительное поражение. Путин говорил, что подавит мятеж, а бандитов будет мочить в сортире. Что он выполнил? Он ничего не выполнил.
–Но это же было нереально…
– А зачем он тогда полез. Читайте отчеты силовых министерств. Исламские радикальные идеи и носители этих идей живут сегодня и в Рязани, и в Брянске, не говоря уже о Татарстане и Башкортостане. Сегодня в Астрахани и Волгограде русские носители этой идеологии, приверженцы крайних радикальных идей пытаются взорвать клубы, дискотеки и поджигают ларьки со спиртным.
Патриарх Кирилл говорит, что христиан в России до 80 процентов, но это не значит, что, если ты надел крестик, значит ты истинный христианин. Суфии не активные мусульмане, когда надо действовать, они ничего не могут противопоставить радикалам.
20 апреля представители северокавказских республик провели конференцию в Махачкале, и было решено создать демократический фронт Северного Кавказа. Когда мы совершенно четко увидели, что, если нет никаких способов противопоставить вооруженной борьбе какие-то мирные инициативы, нет никаких шагов, власть проигрывает, они набирают своих приверженцев до 40 процентов. Вот тогда мы и приняли это решение о создании фронта. Потому что с одной стороны - коррумпированная власть, с другой стороны - крайне радикальная исламская идеология. Совершенно две несовместимые идеологии, хотя в этой плоскости предполагается существование только одной из них. И вот мы появились и предлагаем что-то третье, которое в принципе приемлемо и для той, и для другой стороны. Во-первых, нет коррупции, похищений, преступлений, есть российские законы и давайте их соблюдать. И жить по принципу мирного сосуществования народов Северного Кавказа. Мирная идеология провозглашена и мировым сообществом, и эту идею поддержали очень многие. Эта единственная идея, которая может противопоставить что-то вооруженной борьбе. Мы опубликовали свой манифест, обращение к президенту России. У нас есть серьезные предположения, что в ближайшее время Кремль оставит за границей Северный Кавказ.
–Россия перестанет бороться за Кавказ и просто отдаст? И кому?
- Россия его просто бросит. Хотя кавказцы не хотят этого. Дагестан, Ингушетия и Чеченская Республика являются единственно демографически развивающимися регионами Российской Федерации. Здесь рождаемость превышает смертность в два раза. Во всех остальных регионах – Осетия, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия смертность превышает рождаемость. Сегодня, по неопубликованным данным, в России 129 миллионов человек и то с большими натяжками. Русская нация на 50% - это пенсионеры или люди предпенсионного возраста. 60 % браков распадаются, демографического воспроизводства населения нет. Мусульманские народы где-то полмиллиона в год восполняют население страны. А русских на полтора миллиона в год становится меньше, и это трагедия. Но при этом, несмотря на все программы и инвестиции, на Северном Кавказе ничего не развивается, люди не обеспечены работой, у нас не развивается сельскохозяйственный сектор, у нас полностью задушен сектор малого и среднего бизнеса. Мы проводили интересное исследование: в Кабардино-Балкарии 25 % составляет доля малого и среднего бизнеса, но по дотационости Кабардино-Балкария занимает последнее место. Чем меньше сектор малого и среднего бизнеса в регионе, тем больше Кремлю приходится давать дотаций. В Чеченской Республике на долю малого и среднего бизнеса приходиться 1%, и там самый высокий уровень дотационности. А чем больше дотаций, тем выше коррумпированность.
– Понятно, не свои деньги воровать легче. А российские деньги своими не считаются?
– Так вот получается, что Кремль фактически держит элиту, которая управляет этими регионами именно на дотационной игле, чтобы ими манипулировать. В Чечне очень большие перспективы добычи нефти, в советское время там было три нефтеперерабатывающих завода союзного значения, химкомбинат, завод «Красный молот». Сейчас ничего этого нет. На конференции звучала мысль, что кавказцы ленивы. Какие же они ленивые – всю Сибирь и Урал подняли кавказцы. Они от зари до зари пахали, строили свинарники, коровники, для того, чтобы выжить в бытность Советского Союза. По данным «Левада-центра», 60% россиян говорят, что надо немедленно отпустить Кавказ и что само российское руководство своим поведением провоцирует своих граждан. И на конференции многие говорили: вот у вас в Дагестане и вот у нас в России…
– Потому что сами кавказцы не видят себя частью России?
– Сегодня 70% молодежи перестало позиционировать себя с Россией. Они уже мыслят категориями другого государства. И сегодня, чтобы поддерживать порядок, в русские дивизии и батальоны им приходится призывать дагестанцев, ингушей, кабардинцев. И в час пик эти все дивизии, полки российские просто станут частью тех, кто воюет против них.
Нас становится все больше и где-то лет через 20 территории Дагестана и Чеченской Республики нам будет мало. А зачем нам закрывать себя, как в консервной банке, если есть огромнейшие территории России, где вымирают целые нации не по нашей вине, а по политике Кремля. Но я скажу другое, если бы российское руководство доверяло кавказцам, если бы политика не ущемляла мусульман, более сильных сторонников, более сильных носителей идей культуры и патриотизм, Российского государства просто не было бы. Мы за это государство отдавали бы свои жизни. Но нам не позволяют думать, что это наше государство.
- Поэтому Демократический фронт Северного Кавказа провозгласил объединение всех республик Кавказа?
- Демократический фронт Северного Кавказа провозгласил процесс объединения. Мы говорим, что мы не хотим развала России и сделаем все, чтобы эта страна не развалилась. Мы хотим себя позиционировать не дагестанцами, чеченцами, ингушами, а кавказцами. Мы ведь где-то две тысячи лет назад были одним народом. Так вот, чтобы нас не разводили, мы будем говорить, что мы кавказцы, мы носители одной идеи. Вот эта идеология объединяет. Вот эти вещи значительно чувствительнее воспринимает наша молодежь. Обладать знаниями без Аллаха невозможно.
И очень важная вещь, которая должна быть отображена: все националистические движения всегда контролировались российскими спецслужбами. Но это может привести к тому, что русские националисты выйдут на улицы и площади под лозунгами «Долой кавказцев!» и, когда они наберут критическую массу, совершенно забудут про кавказцев и первым делом пойдут сметать власть, которая искусственно создавала. Именно под антикавказскими лозунгами они поднимутся, отрепетируют и, когда наберут силы, пойдут с лозунгами «Долой власть и долой евреев!» И когда они будут сметать российскую власть, в их рядах будут и кавказцы. Здесь совершенно четко образ общего врага и будет определен. Это неминуемо.
Беседовала
Гуризада КАМАЛОВА
